При мимолетном, беглом взгляде кажется, что это нечто осмысленное и грандиозное. Еще бы: автор ставит задачу увековечить имена 400 наших соотечественников, представляет на своем сайте CD-ROM'ы с 35 книгами, названия которых обещают много нового и интересного о выдающихся личностях XX века - поэтах, художниках, музыкантах. Может ли быть, что все это блеф, чтоб за этим ничего не стояло? Может. Все впечатление грандиозности тут же исчезает, когда начинаешь знакомиться с его "трудами". Бред, который там содержится, не выдерживает никакой критики. Так нужно ли вообще писать об этом, да еще создавать сайт-пародию? Нужно. Действительно, вся информация до того нелепая, что как-то даже неудобно заниматься ее опровержением, утверждая, что пингвины в северном полушарии не живут; что набережная Вольтера не в Лондоне, а в Париже; что Фредди Меркьюри никогда не был ни славянином, ни нашим соотечественником; что Эрику Курмангалиеву далеко до 50-ти и он никогда не пел арию Снегурочки... ... В 1995 году в наших магазинах появилась книга "Руди Нуриев без макияжа". Англообразное имя автора многих навело на мысль, что книга переводная. Нет - она была написана именно по-русски и издана в России. В аннотации сказано, что в ее основе - подлинные письма Рудольфа Нуриева, хотя никто и никогда этих писем не видел, потому что их попросту нет. Нобелевский лауреат Патрик Уайт (в версии книги, представленной на сайте, он называется Увайт), которому якобы Нуреев посылал эти письма, умер в 1990 году и уже не может ничего опровергнуть. Его наследием - в частности, корреспонденцией - занимался Дэвид Марр, выпустивший впоследствии книгу с биографией Уайта ("Patrick White: A Life", 1992) и книгу с его письмами ("Letters Of Patrick White", 1995). Видимо, что-то об этом прослышав, автор "Руди Нуриева" сочинил легенду, по которой Уайт, желая уберечь часть писем от Марра, отдал их именно ему, австралийцу русского происхождения, чтоб именно он - и именно в России, на родине Нуриева - опубликовал по ним книгу. Такая легенда предлагается в самом начале этой книги, в главе "Патрик". Ни о каком личном контакте с Нуреевым-Нуриевым автор здесь не говорит, ссылаясь на него лишь как на знакомого Патрика: "его Руди", "его русский друг". И уж тем более не идет речи о "завещании Нуреева". Книга, кстати, посвящается семерым братьям Уоллэс (на сайте - Уволлас, так что скорее всего их фамилия Wallas) из небольшого австралийского городка - видимо, знакомым автора. И вот эти братья начинают мелькать то в одной, то в другой главе. Глава "Стивен" так и заканчивается: "Я люблю тебя, Стивен Уоллэс". Тут нужно немножко забежать вперед и сделать следующее примечание. Цитируя данную книгу, всегда приходится делать оговорку, какую именно версию, потому что большинство ее глав существует в двух, а многие - даже в трех слегка различных вариантах: [1] - то, что было напечатано в 1995 году; [2] - версия этой же книги на сайте; [3] - переработанные главы, включенные в новую книгу - "Суперзвезда и рок-идол: Рудольф Нуреев и Фрэдди Меркюри". Сравнение этих вариантов дает самое наглядное представление о методах работы автора. Вернемся к Стивену Уоллэсу. Цитата взята из версии [1]. Так кто ему в любви признается? Руди Нуреев? Ну, одно совпадение еще ничего не доказывает. Мало ли - вдруг у Руди Нуреева действительно был знакомый - однофамилец братьев, которым посвящена книга. Но почему же эта фраза куда-то исчезла из версии [2]? Ответ предельно прост. Рассказы, положенные в основу "писем Нуреева", автор сочинял про себя и своих знакомых. В таком варианте их вряд ли напечатали бы, а если бы и напечатали, сомнительно, чтоб это вызвало сенсацию. Так возникли своего рода "Повести Белкина - наоборот": неизвестный "прикрывается" известным именем. Но вот ведь беда: и соврать-то грамотно он не умеет. Авторское присутствие чувствуется в большинстве глав, и уже не удивляет, почему в Лондоне или Париже ближе к Рождеству такая летняя погода (Австралия-то в южном полушарии находится!), почему Нуриев в качестве оправдания своего отсутствия на работе может часто пользоваться аргументом, что у него заболела мама (которой, как известно, так и не разрешили выехать из России). А в той же главе "Стивен" он почему-то просит называть его "Матт". Что, снова совпадение (на этот раз - с middle name автора)? Нет, просто опять заменить забыл. И почему Нуриеву встретился на набережной Вольтера именно человек, которого перевели из Сиднея? Все по той же причине: первоначально это сочинялось про Австралию. Удивляет теперь другое: ни в Лондоне, ни в Париже ни разу не встретилось кенгуру. :) Дальше - больше. Ко второй половине книги заранее заготовленные рассказы, видимо, иссякли, да и автору надоело быть просто издателем чужих писем, и уже стали проскальзывать фразы, говорящие о его личном знакомстве с Нуреевым. Повторяю - вначале об этом не было и речи. Были только письма, которых, по утверждению автора, как было 49, так и осталось 49 [1][2], и которые он распечатал лишь тогда, когда больной Нуриев возвратился из клиники в Лондон [2] на набережную Вольтера (в изданном варианте [1], видимо, редактор исправил Лондон на Париж). И вот - книга вышла. Люди, более-менее знакомые с историей Нуреева, поняли, что новоявленный биограф просто блефует. Опровергать всю эту чушь они не сочли нужным: в книге нет ни одного эпизода, где Нуреев был бы похож сам на себя. Даже о балете упоминается всего 2-3 раза, мимоходом. Однако, автор сам позаботился, чтоб о книге узнали на Западе. Иначе как объяснить, что буквально на следующий день после ее выхода в России об этом писали лондонские газеты? И сообщали не о чем-нибудь, а о романе Рудольфа Нуреева и Фредди Меркьюри. Пожалуй, это самое "удачное" изобретение автора - сплетня быстро разлетелась по всему свету. Никакого романа не было. Более того - они даже не были лично знакомы, хотя и выступали как-то раз на одной сцене. Видимо, автору неоднократно на это указывали, так что в новом романе [3] он "познакомил" их именно в Барселоне в 1988 году - на том самом фестивале, в котором независимо участвовали оба. Но состыковать двух звезд оказалось не так-то просто: новые подробности их романа обернулись бы новыми поводами для разоблачения автора, поэтому он ограничился лишь пересказом все той же главы из предыдущей книги, причем взял ее в "сыром", не обработанном редакторами варианте, от чего непомерно возросло число стилистических ошибок, которыми грешит весь его новый "шедевр". (Грамматических ошибок в нем, кстати, тоже навалом.) Кардинально изменилась роль автора. Если в предыдущем романе он был лишь издателем чужих писем, то теперь о письмах никто и не вспоминал. Автор выступает как ближайший друг Рудольфа Нуреева (теперь и фамилия его написана правильно), которому танцовщик поверяет все свои тайны, подробно рассказывает о ходе болезни, каждый день звоня по телефону или присылая факсы. Выходит, умирающего Нуреева заботит ровно одно: чтоб его русский "друг" написал о его последних днях подробнейшую книгу. О Фредди Меркьюри быстро забывают, хотя автор и умудрился отметить в декабре вместе с Нуреевым 40 дней с его смерти, потом Рождество, а 26 декабря улететь к себе в Австралию. Фредди Меркьюри умер 24 ноября 1991 года, и автор это знает (хотя дату похорон все-таки перепутал: они состоялись 27-го, а не 29-го). Нетрудно посчитать, что 40-й день приходится на 2 января 1992 года. Этот горе-академик даже до 40 сосчитать не может! Новая книга изобилует главами из предыдущей - в нее вошли 17 из 52-х, то есть треть. Все та же глава "Стивен" в ней тоже есть, только теперь это не письмо Нуреева Патрику Уайту, а рассказ автора, прочитанный Нурееву по телефону. Все упоминания об Австралии изъяты. Стивен просит называть его не "Стиви", как в первых двух вариантах, а ... "Фрэдди". (В версии, представленной на компакт-диске - для тех, кто не понял - приводится фотография Меркьюри с подписью "Стивен". Но пусть поклонники "Куин" не спешат раздобывать этот диск: фотографий Фредди там всего 2, причем самых распространенных. Кстати, и дисков удалось обнаружить только два вместо обещанных девяти - второй и шестой. Есть сильное подозрение, что остальных вообще не существует.) И еще о повторяющихся главах. Новый роман написан в 1998 году, и за эти 3 года, прошедшие с момента выхода первого, умерли еще несколько известных личностей, которых автор теперь счел нужным включить в число любовников Нуреева. Он просто брал какой-нибудь из своих предыдущих рассказов и заменял имя главного героя, причем грубо, не заботясь ни о каких временных соответствиях. Если попытаться поверить каждому слову автора и состыковать всю поданную в двух романах информацию, то получится, что Нуреев писал Уайту о том, как человек горевал после его (Нуреева) смерти. Далее идет рассказ об Андрее Тарковском, Параджанове, Улановой, Аюханове... Приводятся тексты реквиема на латыни: "Нуреев просил", стихи французских поэтов в оригинале, снабженные каждый парой переводов разных авторов - для сравнения. (Напомню: книга называется "Суперзвезда и рок-идол...") Потом автор увлекается описанием симптомов СПИДа, преподнося это в виде своеобразного дневника Нуреева. На сем интернетский вариант обрывается. В общем, этот хлам не представляет никакого интереса даже для любителей голубой эротики - абсолютно все главы на данную тему грубо перепечатаны из предыдущей книги, иногда с только заменой имен. Книга о Виктюке на сайте полностью не представлена - лишь оглавление и вид обложки. Мне доводилось держать ее в руках, а вот прочитать не удалось: тягомотина жуткая. О самом Виктюке лишь пара глав, и то по газетным статьям. А дальше - какие-то сны, которые Бог весть кому снились, какие-то Мэттью и Маттью... Не знаю, как отностися Роман Григорьевич к данному опусу - скорее всего, тоже не читал. (Посмотреть бы на человека, которому удалось эту галиМаттью осилить!) Я понимаю тех, кто считает ниже своего достоинства опровергать весь тот бред, который автор о них пишет. Но опровергать надо, иначе обнаглевший проходимец наплодит кучу новых легенд, которые народ усвоит, даже не зная, кто это выдумал. Судя по отдельным упоминаниям, книга об Андрее Тарковском "Параллельные миры" тоже была официально издана. Вот как отзывается о ней сестра режиссера Марина Арсеньевна: "Мне кажется, это книга человека, тяжело больного душевно. Тексты не имеют никакого отношения к Тарковскому как к кинорежиссеру и как к личности. Автор берет эпиграфы из интервью Маргариты Тереховой, данного ею журналу "Искусство кино", но он их умышленно искажает" ("Учительская газета" N 19 за 1997 год). Мне не удалось ознакомиться с этой книгой. На сайте ее нет, хотя в содержании дисков она упоминается. Случайно ли? Может, родственники Андрея Тарковского запретили автору дальнейшую публикацию его измышлений, пригрозив судом? Если так - правильно сделали. (И было бы замечательно, если б у Рудольфа Нуреева тоже нашлись влиятельные защитники.) Я сильно сомневаюсь, что автор болен душевно. Похоже, он вполне ведает, что творит. Но формула, предложенная Мариной Арсеньевной Тарковской, прекрасно подходит для описания любого его творения: тексты не имеют никакого отношения к N. как к {режиссеру, писателю, балетному танцовщику и т.д.} и как к личности. 21 июля 2000 г. книга о Тарковском на сайте "появилась", но - заархивированный файл опять же не распаковывается. 5-мегабайтный монстр состоит из сплошных нулей. "Апостолы серебряного века русской культуры" - аналогично. Такого рода "книг" можно настряпать много за самые короткие сроки! Эрик Курмангалиев не хочет связываться с автором, хотя в своих интервью никогда не скрывает, что он думает по поводу данного проходимца. В ноябре 1995 года автор ввалился после концерта Эрика к нему в гримерную, наговорил кучу комплиментов, подарил свою вышедшую недавно книгу. Эрик опрометчиво дал ему свой телефон... После этого автор больше года донимал его звонками, уговаривал дать интервью для книги. Эрик, обладающий хорошей интуицией, к тому же пролиставший пару страниц его "бестселлера", почувствовал, что этого делать не стоит. Летом 1996 года автор позвонил ему и спросил, читал ли он статью в "Экспресс-газете". Прочитав всю эту околесицу, Эрик даже решил поддержать его игру: "Да, все правильно, только так и надо писать!" Автор иронии не понял и продолжал названивать: "Вот мы с Нуриевым как-то слушали твой компакт-диск, кантаты Баха... Нуриев завещал написать о тебе книгу"... (Эрик никогда не записывал CD с кантатами Баха, хотя стопроцентно отрицать наличие такого диска не может: пират не дремлет.) В "Экспресс-газете" тоже шла речь о завещании Нуриева. Теперь писем Патрику Уайту, которых поначалу "было и осталось 49", стало уже 78. Автор утверждал, что получил согласие самого Нуриева на публикацию книги по его письмам, а также встречался со всеми, кто в книге упоминается. (Еще один маразм: если верить фабуле, многие герои были случайными знакомыми Нуреева, даже не назвавшими своего настоящего имени.) Появилось это мифическое завещание - написать книги о семерых россиянах (7 книг, а не 35, как впоследствии; о семерых, а не о 400-х). Назывались их имена: Рудольф Нуреев (тогда - еще Нуриев), Роман Виктюк, Борис Моисеев, Андрей Бартенев, Юрий Любимов, Андрей Тарковский... И Эрик Курмангалиев. Наконец, Эрик согласился встретиться с автором, но при одном условии: тот покажет ему завещание Нуреева. Человек на другом конце провода явно занервничал, буркнул: "Ну - это мой каприз," - и бросил трубку. (Люди часто попадают на эту страницу в поисках информации об Эрике. Теперь у него есть свой сайт.) Тема капризов красной нитью проходит через все творчество автора. Только капризничают на одну и ту же тему все время разные люди, а он повторяет: "Его каприз стал для меня завещанием". Сначала это был австралийский писатель, лауреат Нобелевской премии Патрик Уайт, с которым, по-видимому, автор действительно пересекался (хотя и сомнительно, чтобы тот что-нибудь ему завещал), но у нас в стране Уайта знают не очень хорошо, и "дружба" с ним не могла принести автору желанной популярности. Потом капризы и завещания стали приписываться гораздо более известному у нас человеку - Рудольфу Нурееву. На это некоторые клюнули. Но не Эрик, сразу почувствовавший, что перед ним обыкновенный аферист, просто делающий деньги. Потом семерых стало мало, чтоб выкачивать субсидии на свои бредни, и их число резко подскочило до четырехсот. Причем имя Эрика, хотя и встречается дважды в общем списке тех, кого "Нуреев просил увековечить", почему-то вдруг перестало упоминаться, когда речь шла о персональных книгах. "Вступительная статья" получилась слишком длинной, но никакого сайта не хватит, чтоб перечислить все нелепости и несуразности, коими изобилуют творения данного автора. И все-таки мне хочется привести цитату из его книги - фразу, с которой нельзя не согласиться: "Не надо менять то, что создано без Вашего ведома и незнакомо Вам как человеколюбивый промысел Бога". Золотые слова, Юрий Матвеевич! Так вот, не надо менять то, что создано Богом без Вашего ведома. Не надо подменять достойных и интересных людей плодами Вашей убогой фантазии. Вашими методами нельзя кого-либо увековечить, можно только изувековечить - по меткому выражению одного из наших поэтов (к сожалению, не помню, кого именно; кажется, Светлова). Как уже было сказано, сайт самозванца благополучно исчез. Поэтому и мы решили убрать отсюда все с ним связанное, оставив только эту статью. Для тех, кто имел неосторожность при беглом знакомстве с "трудами" проходимца поверить его бредням.